kaminline@mail.ru

+7 (495) 116-51-62 +7 (495) 649-11-39
+7 (495) 649-00-52 +7 (495) 580-19-18

«Камин лайн» – типовые и индивидуальные камины.

  • Выезд специалиста-консультация
  • Подбор камина, топки и дымохода
  • Производство и монтаж каминов
  • Доставка товара по Москве и России
  • Гарантийное обслуживание
Заказать звонок

Старые традиции, современные технологии, безупречное качество

+7 (495) 649-11-39 +7 (495) 649-00-52 +7 (495) 779-10-62 +7 (495) 580-19-18

kaminline@mail.ru

"КАМИН ЛАЙН" продажа каминов:

Узнать о каминах
Подобрать камин(облицовку)
Выбрать топку и дымоход для камина
Доставить камин к месту монтажа
Осуществить монтаж камина
Гарантийное обслуживание каминов

  • +7 (495) 649-11-39
  • +7 (495) 116-51-62
  • +7 (495) 649-00-52
  • +7 (495) 580-19-18
Подобрать

от до

Каталог по брендам

История печи на Руси

«Отголоски» современной печи археологи находят на раскопках четырех тысячелетней давности. Уже в VI веке н. э. наши предки-славяне широко использовали для своих нужд именно печи, а не курной очаг, которым пользовались ранее, но именно он послуил примером для русской печи. В XV – XVI вв. в конструкцию курных печей ввели новшество – их стали сооружать с дымовой трубой (дымницей), которая изготавливалась из древесины (толстый тес) и была пожароопасной.
Археологические находки подтверждают практически одинаковую конструкцию печей на всей территории тогдашнего поселения восточных славян. Низкая, прямоугольная, немногим больше 1×1, называлась она печь-каменка, которую и сейчас можно отыскать в ветхих деревенских банях. Нижняя часть таких конструкций выкладывалась из больших, плоских камней, верхняя – из камней поменьше. Что характерно, связующего раствора не было, а щели, в основном, замазывали глиной с добавлением осколков битых (обязательно новых) горшков. Почему не использовали черепки уже разбитого горшка – неизвестно, но вполне может быть, что такая особенность заключалась в особенности огня как такового, в его магических свойствах, в понимании человеком домашнего очага.
Камни при этом использовали разные, проще говоря, то, что было под рукой – песчаник, известняк, гранит, в некоторых случаях даже куски металлической руды. Если подходящего камня не находилось, использовались комья обожженной глины.
Верх печи накрывался огромным плоским камнем, в случае его отсутствия искусно выкладывали свод из камней поменьше. Если поверхность получалась ровной, на ней помещали глиняную жаровню.
На территории племени северян (левый берег Днепра), а также на территории нынешней Болгарии и Румынии существовал другой вид печей. Это обусловлено тем, что в этих местностях люди жили в землянках, а потому и конструкция печи вырезалась в материковом останце при выкапывании котлована. По мнению ученых, такая традиция сложилась приблизительно не позже VII века.
Свод печи был сплошным, а дым выходил прямо в жилое помещение через устье, что обусловило название таких жилищ – «темные», или «курны» - кровля с внутренней стороны, а также верхний край стен покрывал толстый слой сажи. Особенностью таких изб было отсутствие потолка, что делало их весьма высокими (мнения некоторых ученых сошлись на отметке 1,5 этажа в «современном эквиваленте») но малыми по площади.
В верхних венцах сруба прорубали волоковое окно, которое и служило «дымоходом». Дым, образовавшийся при горении, выходил из устья, поднимался вверх, окуривал верхние венцы избы и потолок и начинал искать выход наружу. Выходом служило волоковое окно, попасть в которое, ему необходимо было опять уйти вниз. Таким образом, дым совершал в помещении один оборот, оставлял в избе тепло, а наружу выходил уже охлажденным и сильно поворачивал вверх. Изба, топящаяся «по темному», в экономическом плане была достаточно выгодной.
Сажа, которая образовывалась при топке, покрывала только потолок и опускалась до воронцов (специальных полок, названных так из-за своего цвета), которые служили своеобразной «границей» между верхней темной и закопченной частью избы и нижней - светлой и чистой.
Благодаря такой конструкции помещение в один момент не только окуривалось и проветривалось, но и уничтожалась сырость. После окончания топки волоковое окно закрывалось, и печь начинала нагревать уже чистый воздух. Курная печь абсолютно не давала угара. Плюс ее, также, заключался в том, что такая отопительная конструкция отлично просушивала как кровлю, так и стенки избы (что немаловажно в сырой местности) и они не подвергались гноению. Более того, курная печь и топка по темному дезинфицировали избу. Многочисленные эпидемии малярии и чумы обходили стороной деревни, в которых были такие печи. В курных избах не заводились мыши и клопы, а их хозяева были защищены от гнуса. Благодаря этим качествам курная изба была популярна практически до начала XX века.
Избы с топкой по белому конструировались совсем иначе. Из топки шли трубы выполненные из огнеупорного материала (кирпич, битая глина), по которым расходились теплые газы. Для лучшего «улавливания» выходящего из печи дыма, трубу специально расширяли перед устьем (кожух), или, как его еще называли – епанча. Чтобы епанча была более устойчивой, ее стали подпирать стойками, которые в свою очередь, опирались на припечек. Вполне возможно, что эти шестики впоследствии нарекли шестком, который предназначался для чугунов и горшков, ожидавших своей очереди для вноски в печь с помощью ухвата. Также шесток использовался для того, чтобы во время варки выставить горшок с кушаньем и добавить тот, или иной компонент, а также после готовности блюда перед подачей на стол.
Помимо этого шесток предназначался как камин и для разогревания еды в том случае, если огонь в печи давно погас. На нем размещали своеобразную треногу (таганок), сверху ставили кастрюлю, чугунок или чайник. Устье печки закрывалось так, чтобы ручка заслонки была повернута в сторону топки. Под таганком разжигали огонек, предварительно открыв вьюшку. В случае отсутствия треноги использовали два кирпича, между которыми разводился костерок, а сверху помещалась кастрюля или чайник.
В былые времена печь в избе была центральным и основным предметом обихода. Она согревала дом и домочадцев, в ней пекли хлеб, варили еду, сушили на зиму запасы впрок: зерно, грибы, травы. Простудную хворь также могла вылечить печь. На специальном лежаке больного заталкивали внутрь печи, чтобы он пропотел, а снаружи обрызгивали ее квасом, либо водой. Таким образом, получалось нечто вроде ингаляций и пары «хлебного» пара благотворно влияли на больного. Помогала печь и в лечении рахита у грудничков. Малютку обмазывали глиной и укладывали в теплую печь. Такая специфическая процедура помогала исправить дефект костей.
Печь присутствовала в каждой избе, ведь сложить ее было не сложно. Для начала необходимо было установить опечье – оно выкладывалось прямо на земле и представляло маленький древесный сруб, служивший фундаментом. Затем на него настилались доски, которые покрывали подом – дно печи. Над дном из кирпича или камня выкладывался свод.
Шесток – специальная полочка перед устьем печки, которая позволяла хозяйке держать еду всегда теплой. Также на шестке где-нибудь в сторонке лежали угли для следующей топки. Боковая стенка печки была «изрыта» многочисленными печурками – в этих нишах хранили и сушили мокрые рукавицы, а также лучинки для растопки. Опечье служило «домом» для домашней птицы в холодное время.
Печь располагалась в левом или правом углу избы недалеко от входа. Такое расположение позволяло установку дополнительных печей исключительно для обогрева.
Что касается устья печи, то оно имеет три классических варианта:
Южнорусский вариант (наиболее старый). Предполагает размещение печи в одном из дальних углов от входа. Печной угол занимал внушительное место от устья до противоположной стенки, в случае наличия занавески или перегородки служил «кухней». Также существовал красный, или громадный угол (лежащий по диагонали от устья) в котором размещались лавки, стол, сундуки, висели на стенах иконы. Четвертый угол под потолком – это было «спальное» место – палати, специальный настил из досок. Красный, или огромный угол одновременно служил прихожей, гостиной, столовой, мастерской. Подобная планировка изб встречается на территории между южным Подмосковьем и средним течением Дона.
Севернорусский вариант. Этот второй вариант предполагает расположение устья («чело», «цело») к противоположному входу стенки и освещение его боковым окном. Между боковой стенкой и печью оставалось приблизительно 20-30 см, в этой нише хранилась кухонная утварь. Древесные палати размещались между печью и торцевой стеной. Подобная планировка относится к северо-среднерусскому варианту. В пятистенках и крестовых зданиях печь (с камельком или подтопком) размещали так, чтобы обогревать или все помещения, или какое-то их количество.
В избах существовала градация размещения. Так, противоположная стена с «передним» углом, столом и иконами считалась более почтенным местом, чем часть около входа (между печью и койкой) – «под порог». Пришедшие не могли пройти в «передний» угол, или как его называли, «куть» без приглашения хозяев. Это место предназначалось для приготовления еды, а также для починки одежды и шитья. Там помещался сундук хозяйки, ее приданное, взятое из родительского дома. Около печи находился вход в подполье, а со стороны входной двери находилась маленькая лавочка.
Третий вариант называют по-разному. На севере – «финским», на юге – «украинским» и он предполагает расположение оси печи продольно к оси дома. Печь находится рядом с дверью, но ее устье «смотрит» на боковую стенку, а не на противоположную от входа. В этом варианте красный угол расположен как в северо-среднерусской избе, а вот печной одновременно является и кухней и прихожей.
Ни один дом не мог обойтись без печи, ее возведение являлось принципиальным этапом не только при постройке избы, но и при перекладке, если печь прогорала, или чем-то не устраивала хозяев. Глинобитные печи отлично удерживали тепло, были намного надежнее кирпичных, никогда не отсыревали. Со временем они преобразовывались в единый кирпич, прочность которого не поддавалась даже лому. Материал для печи (глину, или как ее еще называли «землю») выкапывали возле деревни, а то и просто из погреба (в случае, если глиняные пласты находились не глубоко от поверхности земли). Обычно использовали красную пластичную, но не жирную глину и приурочивали закладку печи к полнолунию, чтобы она не отсыревала и не трескалась.
В крестьянской избе печь топилась как зимой, так и летом. С ее помощью готовилась еда для всех домочадцев и оставалась теплой до самого вечера, а также тут готовили корм для скотины. Размеры русская печь имела просто огромные. Устье с легкостью пропускало двухведерный чугун (по ширине), а высота позволяла вместить корчагу с солодом (для приготовления пива).
Неповторим был и вкус пищи, секрет которого заключался в том, что температура продолжительно не изменялась, распределялась равномерно, а посуда не имела непосредственного контакта с огнем, не пригорала. Также печь использовали как огромную «сушку» для лесных даров и рыбы.
В это трудно поверить, но русская печь использовалась и в качестве бани – внутри с легкостью помещались двое взрослых людей. На под печи стелили солому (ржаной сноп), на шесток – чистый половик. Человек залезал на солому, поливал под водой и парился. Под рукой всегда были березовые или дубовые веники. В случае необходимости свежего воздуха всегда можно было расположиться головой к устью. Банный устав предписывал париться сначала мужчинам, затем женщинам с детьми.
В зимнее время пылающая печь была единственным источником света, при котором можно было прясть. Крестьянки, сидя на лавке около устья, вращали веретено и сучили нить. У хорошей хозяйки печь стояла справа от входа, у плохой - слева (в своем словаре В. И. Даль называет такую избу «избой-неряхой») – такое положение было неудобным для работы.
В VIII-X вв. печи стояли в дальнем углу от входа с «правосторонним» размещением, в качестве материала, из которого их выполняли, использовали камень и глину. Для того чтобы глина могла удерживать собственную тяжесть перед закладкой печи мастерили плетеный каркас. По мере топки печи каркас обгорал, а глина тем временем обжигалась и затвердевала. На раскопках археологи часто находят куски глины с характерными отверстиями от былого каркаса. Устье в таких печах было не более 20-30 см, для приготовления пищи в сводах печи проделывались отверстия приблизительно 20 см, в которое вставлялись горшки (своим видом конструкция напоминала плиту). Для выпечки хлеба использовались особые печи с достаточно широким устьем.
Изначально выбор материала зависел только от наличия или отсутствия глины, или камня, но уже с VIII – X вв. форма печи (круглая или прямоугольная) и материал для нее стали зависеть от традиций, сложившихся в той или иной местности.
Глиняные печи расширили свой ареал использования, и с юга Руси стали продвигаться на север. При этом существенно возрастая в размерах. Жители северных лесов, которые в обиходе предпочитали камянки, стали использовать глину, и уже к XII – XIII ст. протяженность стороны основания таких печей достигала 1,2; 2,0, а то и больше метров. Кроме впечатляющих размеров в это время появляются и дымоходы, расположенные горизонтально. На севере дымоходы появились гораздо позже, а основная масса русских изб еще долгие столетия отапливалась по темному.
Курная изба имела большое количество достоинств, не смотря на позже распространившееся мнение о ее отсталости. Подобные постройки отличались высотой, и под крышу всегда можно было подвесить на просушку такие вещи, как, например, сети (чтобы в них не заводилась гниль), или некоторые продукты для копчения. Курная изба имела всегда теплый, сухой воздух, из-за проветриваний она не отсыревала, прокопченная древесина не гнила, в ней дышалось легко, и, наверное, самое главное – она была более экономичной, чем «белая» - дров использовалось меньше, а тепла было больше.
В XVI веке курные избы были в городах, посадах, в Москве. В некоторых дворах имелись как «темные», так и «белые» постройки. Зажиточные крестьяне строили своеобразные двухэтажные домики на подклети с помещениями. Внизу строились печи от которых тянулись вверх нагревательные трубы.
В народе печник считался очень почитаемым человеком, которого уважали не меньше, чем священника. Необходимо было немало приложить усилий, чтобы построить печь не угарной, большой (размещались старики и малые ребятишки), жаркой (но экономной, чтоб не уходило много дров), чтобы во время ветра не выкидывала дым, ну и, конечно же, красивой – внешний вид печи должен был покорять своей красотой.
Петровская эра внесла свои коррективы в постройку печей. В 1718 году Петр I отменил своим указом строительство курных изб с древесными трубами в Санкт-Петербурге, а в 1722 году этот закон был введен и в Москве. С этого времени начали расширяться уже существующие кирпичные фабрики и создаваться новые. Были приняты и установлены правила кладки наиболее важных элементов печей, развивалось производство отделочных материалов. Если раньше использовали рельефные тисненые изразцы, то в эпоху Петра I популярными стали печи «голландки» с ровными расписными изразцами соответствующего размера. Народные мастера XVII – XIX вв. создавали поистине уникальные изразцовые печи, которые служили не только для отопления всевозможных помещений, но и для украшения интерьера. Исходя из эстетических соображений, топка всегда находилась в соседнем помещении.
Конец XVI – начало XVII века – период, когда на Руси появились, а затем приобрели широкую популярность первые печи облицованные изразцами. В это время существовали несколько центров по производству печных наборов изразцов, которые предполагали выделку рельефных терракотовых («красных») изразцов с орнаментальным, растительным узором, либо с конкретной сюжетной композицией. Зеркало печи, обычно, белилось. С 30-х годов XVII века на изразцы стали наносить полупрозрачную зеленую поливу – «мураву». К сожалению, ни «муравленые», ни терракотовые печи не сохранились до наших дней.
В XVII веке на Валдае началась выделка многоцветных рельефных изразцов под руководством приглашенных белорусских мастеров, которые в скором времени (исключительно за свое умение) оказались в Новом Иерусалиме, а затем и в Оружейной палате Кремля. Начиная с 1670-х годов, рельефные многоцветные изразцы приобретают популярность в столице, число элементов печного набора увеличивается, соответственно мастера создают более богатое «убранство» внешнего вида печей с новыми сюжетными изразцами.
Последняя четверть XVII в. считается золотым веком производства этих изразцов. Начало XVIII в. в печном деле ознаменовалось тем, что рельеф изразцов стал более плоским, появилось множество новых изображений, таких как: портреты, геральдические щиты, медальоны, примитивная роспись, которая со временем все больше усложнялась и перешла в сюжетную. Середина XVIII в. уже могла предложить многоцветные изразцы с пояснительными автографами и сюжетной росписью, которые все более усложнялись.
В конце XVIII в. двухцветная роспись сменилась росписью орнаментального характера. На зеркале печей исполнялись вазы больших размеров, корзины с фруктами, цветами, цветочные гирлянды. В это время пропорции печей и их пространственное решение становится более классическим.
Мастерство художественного изразца начинает затухать в середине XIX века из-за появления недорогих изразцов, рассчитанных на массового потребителя. Тут уже нет той яркости и темпераментности, сюжетные мотивы все больше упрощаются, становятся примитивными, а впоследствии и совсем исчезают. Добротная, но совсем не интересная фабричная продукция заменяет изразцовые печи, которые становятся раритетом, выполняемым по особому заказу.



Офис: г.Москва ул.В.Петушкова д.3
Магазин: г.Москва Нахимовский проспект д.24

Тел: +7 (495) 649-11-39; +7 (495) 580-19-18; +7 (495) 116-51-62
E-mail: kaminline@mail.ru
RSS

Общество с ограниченной ответственностью «КАМИНЛАЙН»

ООО «КАМИНЛАЙН»

ИНН 7721449476, КПП 772101001, ОГРН 1167746154982

Юр.адрес: г.Москва, ул.Василия Петушкова, д.3 ,4 этаж, пом.1, ком 6. (офис 411)

р/с 40702810300000097933 в ФИЛИАЛ № 7701 БАНКА ВТБ (ПАО)

БИК 044525745, к/с 30101810345250000745

«Камин Лайн» © 2006-2019      Производство и магазин каминов в Москве.

Яндекс цитирования Яндекс.Метрика Мы принимаем карты Visa/MasterCard